|
Рецензии и отзывы на фильм На запчасти Chop Shop |
|
Содержание, рецензии на фильмы
|
Безжизненное пространство рецензия на фильм На запчасти, Chop ShopПродолжение бесконечного сериала о многотрудной доле нелегалов, устраивающих своё житьё в тёмных щелях пустырей, скрытых от людских глаз на окраинах больших городов: парнишка пробирается в Америку, чтобы, воссоединившись со своей сестрой, наладить нормальный быт. Он хочет сделать всё по-честному, тяжёлыми трудами в кустарной автомастерской, а она выбирает что попроще — порхание ночной бабочкой по кабинам дальнобойных грузовиков.
Прозаические подробности ежедневных забот пацана: мелкая суета в конторке и темный бизнес ушлых дельцов, курочащих железо, разбирая по ночам на запчасти угнанные авто, обман и личные соблазны, отодвигаемые в сторону неуклюжими попытками вернуть с улицы свою сестру.
Всё происходит среди стальных гаражей и асфальтовых тупиков, под сенью мутного света осунувшихся фонарей. Лишь коротко на горизонте возникает туманный силуэт Манхэттена — тень мегаполиса, отстранённо взирающего на этот мусорный уголок, незаметный с пролетающих вЕрхом серебристых самолётных птиц, о которых никто не мечтает, потому, что земные заботы не оставляют времени поглядеть ввысь.
Больше всего фильм получает от детской непосредственности Алехандро Поланко, чей персонаж перегружен недетскими проблемами и наделён мужским характером, преждевременной взрослостью преодолевающий ошибки своей сестры. Однако перипетии жизнеустройства городских трущоб оказываются неизобретательно тусклыми и однообразными, мало способствуя интересу к судьбе бедных детей.
Кроме сострадательной наблюдательности у фильма нет ничего другого, что могло бы побудить думать и исследовать, обнаруживая любопытный контекст. Утекая в псевдодокументалистику, кино не использует эффектных средств и ярких художественных приёмов, упорно упирая на жалость и обходя острые углы, сводя всё к личному делу двух озабоченных неудачников, не знающих, как сладить друг с другом в споре можно ли выжить живя по чести, или так просто невозможно жить.
|