Истинно верное отображение жизни рецензия на фильм Отверженные, «Я — жизнь, которая хочет жить, в гуще других жизней, которые хотят жить». (Альберт Швейцер)
Двадцатый век был очень бурным периодом в истории человечества, и по сей день явления, имевшие в нем место, будоражат человеческие умы.
Пожалуй, одним из таких явлений, которое до сих пор живо, является фашизм. Эту тему в произведениях искусства не затронул только ленивый. Действительно, такое жуткое явление, приводящее здравый смысл в дрожь, является отличной темой для многих творческих личностей. И рассуждать о фашизме можно до бесконечности. Но есть такие произведения, которые хочешь не хочешь, а выбиваются из общего ряда. Одним из таких является фильм Клода Лелуша «Отверженные».
Неблагодарное это дело — экранизировать классику. Всегда найдутся недовольные, считающие, что литературный источник априори лучше любого фильма. Но вот по отношению к этой картине, язык не повернется сказать подобную вещь. Все потому, что «Отверженные» — не экранизация. Это произведение по мотивам романа. Произведение самобытное, с индивидуальным сюжетом, разворачивающимся сперва в начале, а потом в середине двадцатого века.
В самом начале картины звучат стихи с такими словами в конце: «К отверженным наш мир жесток». Увы, это так. Во все времена были парии, которых общество откровенно травило. Прокаженные, обвиняемые в колдовстве, еретики — список можно продолжать до бесконечности. В романе Гюго этими париями являются каторжники. А ведь по сути, чем «отверженные» виноваты? Только тем, что они не вписываются в какие-то заданные обществом рамки? Тем, что им повезло меньше, чем другим? Риторический вопрос! Ведь во все времена были как и разумные люди, которые обращали внимание на личность человека, так и такие, кто судил об окружающих именно по их «отверженности». И соответственно, проблема тоже вечна. Меняются времена, меняются условия, меняются люди, меняются сами парии, но вот отношение к париям сохраняется.
Клод Лелуш провел в своем фильме очень дерзкую параллель: каторжники из романа Гюго заменяются образами евреев, страдающих и гибнущих от нацизма. Это, пожалуй, даже более жутко, чем отношение общества к каторжникам в Париже 19 века. Каторжники могли еще на что-то рассчитывать (в фильме в этом плане важна вставка, где Жан Вальжан находит доброту и сострадание у епископа Мирьеля), но у кого бы хватило сил и отваги встать на защиту тех, кого «арийская раса» обрекла на уничтожение?
Однако, как демонстрирует история, люди, у которых хватает сил подать голос против окружающей жестокости и идти своим путем, обычно оказываются в выигрыше.
В фильме мы видим два очень ярких примера силы внутреннего нравственного стержня, который помогает героям не покориться обстоятельствам, а бороться, бороться до конца. В первой части фильма это шофер графа де Вильнева, Анри Фортэн, попадающий на каторгу из-за самоубийства своего господина. Уже пожилой человек обладает просто железной волей в отношении того, что касается его желания сбежать и вернуться к жене и сыну… И при этом он до конца остается верным себе, верным своему желанию свободы.
Во второй части фильма, которая, на мой взгляд, является самой важной во всей картине, этот пример демонстрирует его сын, которого мать назвала в честь отца — Анри Фортэном. Характерно, что сделан акцент именно на той части жизни героя, которая относится к сороковым годам двадцатого века — таким образом Лелуш дает понять, что боксерская биография Анри Фортэна не важна для общего замысла картины. Обе роли несгибаемых людей — отца и сына — блистательно выполнены Жаном-Полем Бельмондо.
Сороковые годы — время шокирующих исторических событий, Вторая мировая война, фашизм, жестокость… В рамках этого времени показана еврейская семья: муж с женой и дочь. Которые пытаются спасти свою жизнь. Жизнь, возможно, одним им и нужную. Но они не одиноки: Анри Фортэн берется помочь им.
И дальнейшее развитие событий является живой, словно бы почерпнутой из самой жизни палитрой человеческих страстей и пороков, доброты и самоотверженности, трусости и предательства, смелости и героизма, алчности и подлости. Буквально бок о бок, показаны ужасная нацистская жестокость — жестокость солдат к евреям, и высокая самоотверженность персонажа Бельмондо, человека уже в возрасте, который не выдает семью Зиман нацистам. Казалось бы, чего ему стоило это сделать? Ради чего позволять фашистским выродкам бить себя, подвергать удушью, издеваться и унижать? Нет, этот вопрос ни разу не проскользнет в картине. Потому что в данном случае не может быть вообще никаких сомнений — так не делают. Людей на верную смерть не обрекают.
«Идеал культурного человека есть не что иное, как идеал человека, который в любых условиях сохраняет подлинную человечность» — эти слова из Швейцера писаны как будто про Анри Фортэна.
А ведь как тогда, в сороковые годы, так и сейчас, в относительно мирное время, живет и процветает звериный принцип «человек человеку волк». Но задумаемся на секунду: а выжило бы человечество, если бы абсолютно все следовали данной «заповеди»? Нет. Только благодаря толерантности и взаимопомощи человечество живо. А о толерантности как основе жизни тоже говорило очень много мудрых людей. В персонаже Бельмондо эта терпимость, терпимость в первую очередь к евреям-париям, является тем качеством, благодаря которому он запоминается зрителю. Пусть в мире свирепствует фашизм. Но для еврейской семьи, семьи отверженных, Анри Фортэн — единственная отдушина, единственная дорога к счастью и жизни. Именно на таких, как герой Бельмондо, держится весь цивилизованный мир. Или, конкретнее — цивилизованность, как способность оставаться человеком и помогать ближним.
Вставки, касающиеся романа, тоже смотрятся великолепно. Особенно запоминается сцена, где Вальжана принимает у себя епископ Мирьель. Ведь именно гуманным отношением к бывшему каторжнику, епископ совершает духовное перевоспитание Вальжана. Ну как не вспомнить еще одного высказывания из Швейцера: «Постоянная доброта может творить чудеса. Подобно тому как солнце может растопить лед, так и доброта изгоняет непонимание, недоверие и враждебность»… Если бы эпизод с епископом был картиной художника, эти слова были бы отличной подписью под ней.
В общем, фильм получился очень душевным и проникновенным.
Если Вы мыслите прогрессивно, считаете, что все-таки человек человеку друг, хотя бы весь мир утверждал обратное, если вы можете самостоятельно принимать решения, жертвовать собой, видеть свою силу в своем Я, пойти против предрассудков, стереотипов и прочих особенностей «общественного мышления» ради того, чтобы кому-либо помочь, от кого все отвернулись — таким людям я однозначно рекомендую «Отверженных» к просмотру. Это фильм не для тех, кто боится жизни.
Вне оценок.
рецензия на фильм Отверженные, Снять хороший фильм по классической литературе всегда было делом очень непростым, можно сказать, неблагодарным. А если классик Гюго, то всегда найдутся люди недовольные, считающие, что снято недостаточно хорошо. Лелуш же снимает не по сценарию, отклоняется, вводит свою новую линию.
Линия сюжета относительно современная, переносит нас во время расцвета фашизма, где роль «отверженных» играют евреи. Сравнение поставлено достаточно превосходно — евреи при фашизме ничем не лучше каторжников, даже хуже. Одна реплика: «Я не трус, я еврей» чего стоит…
Разные эпохи, разные беды ведут к одним и тем же последствиям. Вынужденные расставания, жизнь на волосок от смерти, постоянный побег скорее от самих себя, от своей сущности, нежели от кого — либо — отличительная черта «отверженных» разных времён и народов.
8 из 10
рецензия на фильм Отверженные, Посмотреть «Отверженных» с Бельмондо в главной роли казалось подозрительной затеей. Не тот актёр — Бельмондо, чтобы сыграть Жана Вальжана в классическом варианте драмы. Но «Отверженные» Клода Лелуша- отнюдь не классический образец, это фильм-эксперимент. Там нет почти ничего от Гюго, но при этом всё вертится вокруг его книги: заключенные в тюрьме и посетители таверны смотрят фильм о Жане Вальжане; одна из героинь — балерина, исполняет роль Козетты на сцене; безграмотный шофёр грузовика Роджер Фортен просит попутчиков читать ему эту книгу; история главных персонажей — евреев, бегущих от немецких нацистов в Швейцарию, повторяет сюжетные ходы «Отверженных».
Не слишком глубоко и, может быть, чересчур навязчиво доказывается и без того очевидная мысль: каждый человек может повторить судьбу того или иного героя произведения. Но человек сам решает, кем ему быть: Жаном Вальжаном, или Жавером, или Тенардье. А бывает так, что сегодня ты совершаешь благородный поступок, а завтра жадность и порок сумеют овладеть твоим сердцем, перечеркнуть всё хорошее, что ты сделал.
Бельмондо играет в фильме целых три роли в разных временных пластах. Он несомненно обладает драматическим талантом, это чувствовалось ещё в его ранних ролях, например, в картине «На последнем дыхании». Но для роли Жана Вальжана он всё-таки несколько легковесен.
Фильм обладает рядом наград: «Золотой Глобус» за лучший иноязычный фильм, «Сезар» и др.
Рекомендации к просмотру: фильм будет интересен любителям Виктора Гюго.
7,5 из 10
|